Великая Отечественная война окончательно уходит в историю, но что мы знаем о цене, которую народ и страна заплатили за Победу?

Великая Отечественная война окончательно уходит в историю, но что мы знаем о цене, которую народ и страна заплатили за Победу?

Оказывается, немного. В те великие и трагические годы было не до бухгалтерии. Только сейчас мы осознаём, насколько обязаны своим дедам и прадедам, бабушкам и прабабушкам. И этому способствует работа энтузиастов, поисковиков, краеведов, историков, которые отыскивают всё новые факты о том геноциде, которому подвергались народы Советского Союза, особенно в регионах, временно оккупированных захватчиками. Некоторые их них прозвучали в рамках Пятой историко-краеведческой конференции в районной библиотеке им. Льва Малякова.

Первой выступала с докладом библиотекарь Галина Александрова. Многие слышали о трагедии деревни Красуха Порховского района, сожжённой вместе с жителями. Но мало кто задумывается, что подобная участь постигла тогда тысячи деревень нашего древнего края. Официально их 3823, но вместе с неучтёнными небольшими хуторами и деревеньками — куда больше. 2500 были уничтожены полностью, зачастую вместе с жителями. Расстреляно, повешено и сожжено около 400 тысяч мирных жителей, более 150 тысяч угнано в Германию.

Приводить все факты из докладов участников конференции в короткой статье не представляется возможным, но вот данные сайта мемориального проекта «Живая память» за 1941-1943 годы только по Гдовскому району. Деревня Дымокорье: 26 человек расстреляно, 8 детей сожжено. Желча: уничтожено 60 домов. Филипповщина: сожжены 4 человека вместе с ребёнком. Щепец: сожжены 6 человек вместе с грудным ребёнком. Малая Речица: сожжено 4 человека. Это далеко не полная статистика. Подобные преступления не имеют срока давности.

На воспоминаниях жителей родной деревни Островцы был основан доклад Натальи Костиной. Первой из деревень колхоза «Наша жизнь» горькая участь постигла Подлипье. До войны там была своя пилорама, паровая мельница, магазин, клуб, школа, детский садик. После войны уцелевшие жители вернулись на пепелище. Жгли и убивали как немцы, так и белорукавники — эстонские каратели, среди которых были, впрочем, и предатели из местных жителей. Эти зверствовали особо, не зная пощады. Массово их отряды нагрянули в край в 1944 году. Запылали деревни Мда, Подлипье, Заходы, Драготина. Потом дошла очередь и до самих Островцов.

Интересен был доклад Лидии Румянцевой. Он касался деревни Любеницы и окрестных хуторов, от которых сейчас не осталось даже фундаментов. Сохранились только названия, которых больше двадцати. По вине оккупантов изменился сам уклад жизни в Гдовском районе.

Как всегда, очень подробно рассказывала о любимом посёлке Чернёво библиотекарь Татьяна Герасимова. К началу войны там жили более 2 тысяч человек. Во время оккупации более половины жителей прятались в лесу, опасаясь за свою жизнь. Многие нашли пристанище в сенных сараях на берегу реки. Оттуда и видели, как взрывали спичечную фабрику, топили в реке станки, хозяйничали в домах. Посёлок горел несколько раз. После прихода Советской армии жить было негде. Не зря Татьяна назвала доклад «Посёлок, восставший из пепла».

Не было в Гдовском районе уголка, избежавшего общей участи. Татьяна Орлова рассказала, что происходило в те годы в Самолве, где после изгнания немцев остался целым только один деревянный дом. Благодаря работе в псковском архиве библиотекарь из села Ямм Елена Кулакова смогла представить участникам конференции подробный доклад о судьбе деревень Полновского района. Библиотекарь из Плесны Ольга Николаева поведала о трагической судьбе сожжённых деревень в партизанском крае. Основа доклада — воспоминания местных жителей, которых уже нет в живых.

Воспоминания о том, что он видел во время оккупации, прислал на конференцию житель Трутнево Вениамин Сергеевич Сорокин. Всё время оккупации он с родителями провёл в лесу, зачастую среди партизан. Однажды его мать и ещё две женщины из деревни Курино решили сходить в свои дома, испечь за ночь хлеба. Но ранним утром нагрянули каратели. Их с маленьким сынишкой схватили. Когда дома деревни уже полыхали, их приказали расстрелять. Повезло, что русский полицай, который вёл к месту расстрела, не окончательно потерял совесть. Когда они скрылись из вида немцев, велел бежать, а обойму расстрелял в воздух.

Отдельного упоминания заслуживает доклад научного сотрудника Псковской областной библиотеки Юрия Конова. Он был основан на непосредственных воспоминаниях детей, учившихся до войны в средней школе деревни Быковщина. Обычные ученические тетрадки с этими воспоминаниями были обнаружены в архивах. Правильным литературным языком с лирическими отступлениями ребятишки описывают, как убивали их земляков и одноклассников, жгли дома, угоняли скот, обрекая людей на голодную смерть. А вернувшемуся на родное пепелище мальчишке больше всего запомнился дрозд, неутомимо певший на нижних, не обгоревших ветках берёзы.

Это был как будто знак того, что на пепелище вновь отстроят дома и закипит жизнь, будут рождаться дети, а трагедия войны будет только иногда тревожить людей, не давая уснуть в тихие ночи. Но мы — их дети, внуки и правнуки должны всегда помнить то, что они старались забыть, привыкая к мирной жизни.

: Андрей Теддер