Если Вы стали свидетелем аварии, пожара, необычного погодного явления, провала дороги или прорыва теплотрассы, сообщите об этом в ленте народных новостей. Загружайте фотографии через специальную форму.
Рекламный баннер 990x90px header-top
Рекламный баннер 728x90px center-top
Строчками Некрасова из поэмы «Кому на Руси жить хорошо?» и сегодня можно прекрасно передать настроение...
народа, считает героиня нашего повествования.
О встрече с Анной Владимировной Джафаровой мы договорились в преддверии большого праздника, чтобы подготовить материал и успеть поздравить её со 100-летним юбилеем со страниц районной газеты.
Дверь открыл сын, надёжная опора нашей дорогой долгожительницы. Анна Владимировна тоже вышла встречать гостей. В красивой белоснежной блузке, в чёрной юбке и с доброжелательной, такой узнаваемой улыбкой на лице. Мы знакомы уже давно, потому и разговор предполагался простой, доверительный. Как, впрочем, и получилось.
Но прежде чем я начала разговор, касающийся судьбы долгожительницы, перешагнувшей вековой рубеж, Анна Владимировна показала на стопку книг о литературе. Именно с их обсуждения, с размышлений об образовании, о судьбе России и её защитниках разных времён мы и начали интереснейшую более чем двухчасовую беседу…
О судьбе Анны Владимировны «Гдовская заря» писала уже не раз, потому хотелось отыскать что-то ещё не рассказанное. И повели нас воспоминания по давно нехоженым тропкам памяти. Оглядываясь на своё детство, моя собеседница с упоением ушла в воспоминания о работе ребёнком в колхозе. Ездили в ночное пасти лошадей. Стреножив лошадей на лугу, спали они с ребятами у костра, подставляя теплу то один бок, то другой.
– Люблю лошадей, видимо, это с детства ещё. Любила быстро ездить верхом… Мог бы, например, в ночное и брат ходить, но вызывалась я. Да и от любого дела, что мать или отец поручали, никогда не бегала. Жили мы дружно большой семьёй в маленьком доме. Достаток исключительно трудами давался. Это на всю жизнь было усвоено. А ещё, несмотря на то, что родители простые крестьяне были, образовываться было первым правилом семьи. С самого малого помню, как отец нам книги читал, как наизусть стихи декламировал. У него был томик Успенского, который он любил читать, улучив свободную минутку. А потом с сёстрами я в школу играла, от них и сама читать научилась, – рассказывала Анна Владимировна.
Генетика – наука точная. Потому и удивляться не приходится, что пытливый ум девушки, как, впрочем, и у брата с сестрами, всегда стремился за горизонты уже познанного. Однажды в 7 классе (Анне Савицкой тогда, в 1936 году, было 14 лет) учитель Александр Николаевич Ребкен им предложил продолжить обучение в Гдове в педучилище. Жила она тогда в деревне Тербачёво Чернёвского сельсовета, там и в школу ходила. Так на это предложение первой же и согласилась, даже с родителями не посоветовавшись, не подумав, что от дома далеко будет, что придётся самостоятельную жизнь начинать, на маму папу не полагаясь…
Приняли девочку без экзаменов: в школе оценки были хорошие. Поначалу даже повышенную стипендию получала. Но потом сложнее стало. Переживала, что её не воспринимают старшие ребята как ученицу педучилища. Она маленького росточка была, потому нередко слышала вопрос: «Неужели это студентка?» По родным скучать начала. Домой удавалось только на 1 мая съездить, на 7 ноября да на летние каникулы.
Отвлекла от печали музыка. Был оркестр в училище, учитель решил оперетту поставить, так Анне пришлось научиться играть на мандолине. Потом сама, работая в школе, играла на этом инструменте. Пели с детьми: «Разыграйтеся, метели, гнитесь ниже, сосны, ели…».
После выпуска поехала по направлению в Карамышевский район. До начала войны там ребятишек учила. С началом войны вернулась, оккупацию дома пережила. Был момент, что чуть в Германию не угнали… Но об этом периоде жизни мы разговаривать подробно не стали. Разволновалась Анна Владимировна, сын её запереживал, что маме разбередим душу, и она не сможет долго заснуть. Потому перелистнули эту страницу истории и оказались сразу в 1953 году, когда молодая учительница пришла в Тербачёвскую школу, которая в деревне Гверёздка была.
Первый свой класс Анна Владимировна хорошо помнит. Тяжело ребяткам учиться было, голодное время, одеты плохонько. Да и учителям жилось не лучше.
Тогда-то снова свела её судьба с Леонидом Владимировичем Джафаровым. Они учились раньше вместе, а теперь работать бок о бок предстояло. А потом и прожить вместе более 50 лет. Поженились в 1946 году. Он два года за ней ухаживал. Платье свадебное Анна себе сама сшила. Жили поначалу в комнатке, что в том же здании была, где у супруга класс был.
О своём супруге Анна Владимировна может говорить бесконечно. О его трудолюбии, физической и моральной силе, об ответственности и любви к делу всей жизни – учению юного поколения. Мы говорили об этом, пожалуй, чуть ли не дольше, чем о самой моей героине. Но ведь и действительно знаковой личностью был ветеран Великой Отечественной войны. Строитель Тербачёвской школы, математик, друг каждого своего ученика, ответственный и опытный коллега. Знакомством с ним, даже мимолётным, гордятся многие гдовичи – лично слышала это не раз…
Закончить институт Анне Владимировне не удалось, хотя поступила на факультет русского языка и литературы без особых проблем. В это же время и Леонид Владимирович получал высшее образование, поэтому для семейного бюджета это было очень серьёзно. Да и дети уже были, класс вела, ещё и хозяйство домашнее. Но сейчас она говорит, что это и к счастью оказалось. Не так ей интересно было заниматься с подростками, как с малышами начальной школы. Вот уж в ком она всегда души не чаяла.
– Вы замечали, как маленькие дети смотрят вам в глаза, когда вы с ними разговариваете? Это же только детская непосредственность и открытость может дать. Потом взгляд будет бегать, а ребёнок его и на секунду не отведёт, в упор смотрит. А как они стараются за руку взять, чтобы почувствовать вашу близость, вашу любовь и доброе отношение… О, это самое дорогое, что получает учитель от своих учеников! – со слезами на глазах говорила Анна Владимировна, передавая своё волнение и мне. Я записывала каждое её слово, чтобы потом ещё не раз переслушать беседу, не раз ощутить подступающие слёзы, которые могут быть только от очень сильной эмоции.
Ученики, некоторым из которых сейчас уже больше 70 лет, вспоминают свою первую учительницу как самую элегантную, всегда нарядную и очень добрую. Коллеги учителей начальных классов в общую школьную жизнь не очень-то допускали. Но здесь опять душу и сердце успокаивала музыка. Владея мандолиной и домрой, Анна Владимировна любимым инструментом всё же называет гусли.
– Любую мелодию мы могли с девушками из нашего большого коллектива подобрать. Наши выступления всегда вызывали аплодисменты, даже в Кремлёвском дворце съездов. Гусли были и остаются моей страстью, моей настоящей счастливой историей жизни. Но, конечно, не единственной. Я, вообще, счастливый человек. Оглядываюсь назад и понимаю, жизнь сложная прожита, но такая интересная. Замечательного спутника мне дала, прекрасных сына и дочку подарила, внуков и правнуков. И столько любимых учеников родными моими детками сделала. Они до сих пор звонят, приходят, пишут письма.
4 февраля Анна Владимировна празднично начнёт новый век своей интереснейшей жизни. Рисовать так, как делала это всю жизнь, она, конечно, теперь не может, руки не слушаются, но внимательно следить за происходящим в мире она не перестанет. «60 минут» – её любимая передача. Потом всё с сыном обсуждают. Ну а память тренировать всегда помогут любимые книги.
Кстати, лет 10 назад Анна Владимировна написала историю своей жизни для детей, внуков, правнуков и следующих потомков.
Собираясь завершить интервью, я попросила прочесть мне что-то из её любимых произведений. Каков же был мой восторг, когда Анна Владимировна без запинки прочла поэму Некрасова «Кому на Руси жить хорошо?», а потом была готова перейти к Лермонтову и его нетленному произведению «Мцыри»…
Как прожить век и сохранить все лучшие качества, которые присущи человеку? Теперь я себе не задаю этот вопрос. На него своим примером мне ответила Анна Владимировна Джафарова. «Физический труд, неустанное самообразование и любовь к жизни», – сказала она. В каждом её слове – истина.
О встрече с Анной Владимировной Джафаровой мы договорились в преддверии большого праздника, чтобы подготовить материал и успеть поздравить её со 100-летним юбилеем со страниц районной газеты.
Дверь открыл сын, надёжная опора нашей дорогой долгожительницы. Анна Владимировна тоже вышла встречать гостей. В красивой белоснежной блузке, в чёрной юбке и с доброжелательной, такой узнаваемой улыбкой на лице. Мы знакомы уже давно, потому и разговор предполагался простой, доверительный. Как, впрочем, и получилось.
Но прежде чем я начала разговор, касающийся судьбы долгожительницы, перешагнувшей вековой рубеж, Анна Владимировна показала на стопку книг о литературе. Именно с их обсуждения, с размышлений об образовании, о судьбе России и её защитниках разных времён мы и начали интереснейшую более чем двухчасовую беседу…
О судьбе Анны Владимировны «Гдовская заря» писала уже не раз, потому хотелось отыскать что-то ещё не рассказанное. И повели нас воспоминания по давно нехоженым тропкам памяти. Оглядываясь на своё детство, моя собеседница с упоением ушла в воспоминания о работе ребёнком в колхозе. Ездили в ночное пасти лошадей. Стреножив лошадей на лугу, спали они с ребятами у костра, подставляя теплу то один бок, то другой.
– Люблю лошадей, видимо, это с детства ещё. Любила быстро ездить верхом… Мог бы, например, в ночное и брат ходить, но вызывалась я. Да и от любого дела, что мать или отец поручали, никогда не бегала. Жили мы дружно большой семьёй в маленьком доме. Достаток исключительно трудами давался. Это на всю жизнь было усвоено. А ещё, несмотря на то, что родители простые крестьяне были, образовываться было первым правилом семьи. С самого малого помню, как отец нам книги читал, как наизусть стихи декламировал. У него был томик Успенского, который он любил читать, улучив свободную минутку. А потом с сёстрами я в школу играла, от них и сама читать научилась, – рассказывала Анна Владимировна.
Генетика – наука точная. Потому и удивляться не приходится, что пытливый ум девушки, как, впрочем, и у брата с сестрами, всегда стремился за горизонты уже познанного. Однажды в 7 классе (Анне Савицкой тогда, в 1936 году, было 14 лет) учитель Александр Николаевич Ребкен им предложил продолжить обучение в Гдове в педучилище. Жила она тогда в деревне Тербачёво Чернёвского сельсовета, там и в школу ходила. Так на это предложение первой же и согласилась, даже с родителями не посоветовавшись, не подумав, что от дома далеко будет, что придётся самостоятельную жизнь начинать, на маму папу не полагаясь…
Приняли девочку без экзаменов: в школе оценки были хорошие. Поначалу даже повышенную стипендию получала. Но потом сложнее стало. Переживала, что её не воспринимают старшие ребята как ученицу педучилища. Она маленького росточка была, потому нередко слышала вопрос: «Неужели это студентка?» По родным скучать начала. Домой удавалось только на 1 мая съездить, на 7 ноября да на летние каникулы.
Отвлекла от печали музыка. Был оркестр в училище, учитель решил оперетту поставить, так Анне пришлось научиться играть на мандолине. Потом сама, работая в школе, играла на этом инструменте. Пели с детьми: «Разыграйтеся, метели, гнитесь ниже, сосны, ели…».
После выпуска поехала по направлению в Карамышевский район. До начала войны там ребятишек учила. С началом войны вернулась, оккупацию дома пережила. Был момент, что чуть в Германию не угнали… Но об этом периоде жизни мы разговаривать подробно не стали. Разволновалась Анна Владимировна, сын её запереживал, что маме разбередим душу, и она не сможет долго заснуть. Потому перелистнули эту страницу истории и оказались сразу в 1953 году, когда молодая учительница пришла в Тербачёвскую школу, которая в деревне Гверёздка была.
Первый свой класс Анна Владимировна хорошо помнит. Тяжело ребяткам учиться было, голодное время, одеты плохонько. Да и учителям жилось не лучше.
Тогда-то снова свела её судьба с Леонидом Владимировичем Джафаровым. Они учились раньше вместе, а теперь работать бок о бок предстояло. А потом и прожить вместе более 50 лет. Поженились в 1946 году. Он два года за ней ухаживал. Платье свадебное Анна себе сама сшила. Жили поначалу в комнатке, что в том же здании была, где у супруга класс был.
О своём супруге Анна Владимировна может говорить бесконечно. О его трудолюбии, физической и моральной силе, об ответственности и любви к делу всей жизни – учению юного поколения. Мы говорили об этом, пожалуй, чуть ли не дольше, чем о самой моей героине. Но ведь и действительно знаковой личностью был ветеран Великой Отечественной войны. Строитель Тербачёвской школы, математик, друг каждого своего ученика, ответственный и опытный коллега. Знакомством с ним, даже мимолётным, гордятся многие гдовичи – лично слышала это не раз…
Закончить институт Анне Владимировне не удалось, хотя поступила на факультет русского языка и литературы без особых проблем. В это же время и Леонид Владимирович получал высшее образование, поэтому для семейного бюджета это было очень серьёзно. Да и дети уже были, класс вела, ещё и хозяйство домашнее. Но сейчас она говорит, что это и к счастью оказалось. Не так ей интересно было заниматься с подростками, как с малышами начальной школы. Вот уж в ком она всегда души не чаяла.
– Вы замечали, как маленькие дети смотрят вам в глаза, когда вы с ними разговариваете? Это же только детская непосредственность и открытость может дать. Потом взгляд будет бегать, а ребёнок его и на секунду не отведёт, в упор смотрит. А как они стараются за руку взять, чтобы почувствовать вашу близость, вашу любовь и доброе отношение… О, это самое дорогое, что получает учитель от своих учеников! – со слезами на глазах говорила Анна Владимировна, передавая своё волнение и мне. Я записывала каждое её слово, чтобы потом ещё не раз переслушать беседу, не раз ощутить подступающие слёзы, которые могут быть только от очень сильной эмоции.
Ученики, некоторым из которых сейчас уже больше 70 лет, вспоминают свою первую учительницу как самую элегантную, всегда нарядную и очень добрую. Коллеги учителей начальных классов в общую школьную жизнь не очень-то допускали. Но здесь опять душу и сердце успокаивала музыка. Владея мандолиной и домрой, Анна Владимировна любимым инструментом всё же называет гусли.
– Любую мелодию мы могли с девушками из нашего большого коллектива подобрать. Наши выступления всегда вызывали аплодисменты, даже в Кремлёвском дворце съездов. Гусли были и остаются моей страстью, моей настоящей счастливой историей жизни. Но, конечно, не единственной. Я, вообще, счастливый человек. Оглядываюсь назад и понимаю, жизнь сложная прожита, но такая интересная. Замечательного спутника мне дала, прекрасных сына и дочку подарила, внуков и правнуков. И столько любимых учеников родными моими детками сделала. Они до сих пор звонят, приходят, пишут письма.
4 февраля Анна Владимировна празднично начнёт новый век своей интереснейшей жизни. Рисовать так, как делала это всю жизнь, она, конечно, теперь не может, руки не слушаются, но внимательно следить за происходящим в мире она не перестанет. «60 минут» – её любимая передача. Потом всё с сыном обсуждают. Ну а память тренировать всегда помогут любимые книги.
Кстати, лет 10 назад Анна Владимировна написала историю своей жизни для детей, внуков, правнуков и следующих потомков.
Собираясь завершить интервью, я попросила прочесть мне что-то из её любимых произведений. Каков же был мой восторг, когда Анна Владимировна без запинки прочла поэму Некрасова «Кому на Руси жить хорошо?», а потом была готова перейти к Лермонтову и его нетленному произведению «Мцыри»…
Как прожить век и сохранить все лучшие качества, которые присущи человеку? Теперь я себе не задаю этот вопрос. На него своим примером мне ответила Анна Владимировна Джафарова. «Физический труд, неустанное самообразование и любовь к жизни», – сказала она. В каждом её слове – истина.
36921
Рекламный баннер 728x90px center-bottom
Поделитесь новостями с жителями города
Рекламный баннер 200x200px sidebar-right
Рекламный баннер 200x200px sidebar-right
Разработка -
